ja_koniga

Индонезию называют страной тысячи островов. В Малайский архипелаг входят острова-гиганты вроде Явы, Суматры, Калимантана, Сулавеси, острова средней величины вроде Бали, Лембока, Флореса и десятков других и многие тысячи мелких островов и островков. Среди них есть остров, носящий название Комодо, что в переводе с местного наречия означает “огромная ящерица”, “дракон”…

О том, что на острове дракона водятся настоящие драконы, из крови и плоти, издавна ходили легенды. Но европейские ученые не обращали на них внимания мало ли каких сказок не насочиняют жители тропиков с их богатой фантазией!

В 1910 году в бухте острова Комодо нашла убежище шхуна искателей жемчуга, прятавшаяся от шторма. Островитяне рассказали своим гостям о буаджа дхарат — сухопутных крокодилах, которые водятся в глубине Комодо.

История открытия целаканта напоминает приключенческий роман. Дж. Л. Б. Смит наконец-то встретился с рыбой, первое знакомство с которой произошло благодаря письму мисс Латимер, и опознал в ней вымершего целаканта. Но многие части рыбы (внутренности и др.) были к тому времени безвозвратно утеряны. И когда в печати появилось сенсационное сообщение об открытии живого ископаемого и фотографии целаканта, большинство ученых сочло это мистификацией Лучший способ доказать свою правоту, решил Дж. Л. Б. Смит, — добыть еще один экземпляр целаканта. Поиск его продолжается… 14 лет! Мы не будем рассказывать о всех перепетиях охоты за живым ископаемым — их лучше всего изложил сам Дж Л. Б. Смит в своей книге “Старина четвероног”, русский перевод которой появился в 1962 году Второй экземпляр кистеперой рыбы был пойман возле островка Паманзи, в Коморском архипелаге, 20 декабря 1952 года и доставлен самим Дж. Л. Б. Смитом на военном самолете, предоставленном ему правительством ЮАР, в Кейптаун.

Начался “целакантовый бум”. Каждому музею хотелось иметь живое ископаемое среди своих экспонатов. Правительство Франции, которой в ту пору принадлежали Коморские острова, запретило лов целакантов в их прибрежных водах.

Первые целаканты появились около 300 миллионов лет назад. Они широко распространились по всей планете. Во время раскопок в Принстоне (США) вскрыли слои, относящиеся к болоту, существовавшему здесь 190 миллионов лет назад. На 1 кв. метр площади здесь приходилось свыше сотни окаменелых останков целаканта. Останки этой кистеперой рыбы, покрытой чешуей, имеющей характерную пасть и плавники, напоминающие лапы, найдены в слоях, имеющих возраст 300, 200, 100, 50 миллионов лет. Но не моложе. Целакант считался вымершей рыбой, подобной панцирным рыбам, исчезнувшим в морях и океанах, или динозаврам, вымершим примерно в ту же эпоху, в которую вымер и целакант.

Так было до декабря 1938 года. Южноафриканский ихтиолог Дж. Л. Б. Смит получил письмо, датированное 23 декабря, от заведующей Ист-Лондонским музеем, мисс М. Кортенэ-Латимер

“Уважаемый доктор Смит!

Вчера мне пришлось ознакомиться с совершенно необычной рыбой. Мне сообщил о ней капитан рыболовного траулера, я немедленно отправилась на судно и, осмотрев ее, поспешила доставить нашему препаратору. Однако сначала я сделала очень приблизительную зарисовку. Надеюсь, Вы сможете помочь мне определить эту рыбу.

Возможны ли открытия живых существ, неведомых науке, в нашем столетии, когда в глубины океана опускаются батискафы, в космос летают ракеты, а средства массовой информации связывают всех людей, несмотря на тысячи и десятки тысяч километров, разделяющие их? Ответ на этот вопрос дает история открытий, сделанных зоологами, — открытий существ, которых считали давно вымершими или просто плодом фантазии, существ, которые с точки зрения ортодоксальной науки вообще не могли существовать на Земле.

Журналист Генри Стэнли, в начале 70-х годов прошлого века разыскавший знаменитого английского путешественника Давида Ливингстона, пропавшего в джунглях Африки, совершил еще несколько рейдов в глубь Центральной Африки. В 1890 году Генри Стэнли сообщил о том, что, по рассказам пигмеев, в бассейне реки Конго водится невиданный зверь — окапи. Ростом он с лошадь, шея напоминает шею жирафа, бедра полосатые, как у зебры, копыта, как у осла.